б этом не жалею и сплю спокойно.
   А он - такая вот штучка. Жалуется, что перестали писаться стихи. Хорошо,
  хоть рекламные слоганы не перестали. А то бы совсем на сухари перешли.
   Вот такой у меня нестойкий психически дружок.
  
   Хотя, на самом деле, я неблагодарная свинья. Потому что, только выйдя из
  тюрьмы, сумел понять, насколько сложной и изначально неподъемной была
  Ефимова затея по моему вызволению. Он с ней справился блестяще.
   С другой стороны, если бы он вляпался в неприятность, я тоже пошел бы на
  все. Даже "Хейдель" плакал бы, но продал. А куда ж деваться? Ефим сильно
  далек от идеала, но, похоже, друзей, как и родителей, не выбирают. Или друг,
  или нет...
   Он - друг.
   ЕЩЕ ОДИН ЭПИЛОГ
   ...Сегодня утром эта сволочь зашла и повесила надо мной российский флаг.
   - Зачем? - спросил я.
   - Надо, - кратко ответил Ефим.
   - Кому надо? - Я не люблю ответов, которые ничего не разъясняют.
   - России.
   - Ты можешь по-человечески изъясняться? - не выдержал я.
   - Через полтора года - выборы президента, - снизошел наконец он. Причем
  тоном, каким, наверное, объяснял Лариске математику.
   - Ну и что? - Я завелся всерьез.
   - Мне кажется, - Ефим оценивающе посмотрел на меня, - ты подходишь.
  Похудеешь, прическу сменишь, научишься побольше молчать.
   - Ты что, охренел совсем?!
   - И еще тебе надо будет бороться с грубостью, - как ни в чем не бывало
  добавил Ефим. И ушел, аккуратно прикрыв за собой