оказался у черного входа,
  что-то его остановило. Почему-то ему вспомнился душ, в который его
  загнал Тисл, и камера, где он хотел его запереть. Они были ярко
  освещены, это верно, но чувство отвращения было таким же. Все, от чего
  он бежал, смыкается вокруг него, думал Рэмбо, и неужели он настолько
  обессилел, что собирается вести отсюда бой?
   Ни о каком бое не могло быть сейчас и речи. Он видел слишком много
  людей, умерших от пулевых ранений, чтобы не понимать, сам умирает от
  кровотечения. Боль засела в груди и голове, резко отзываясь на каждый
  удар его сердца, но руки и ноги уже онемели от потери крови, вот почему
  так трудно было ползти. Жизни осталось совсем немного. Но, по крайней
  мере, он еще мог выбрать, где окончательно расстаться с ней. Только не
  здесь. Тут он чувствовал себя как в пещерах. Нет, на открытом месте. Он
  будет смотреть в небо, вдыхать чистый воздух.
   Он пополз направо от сарая, неловко забиваясь глубже в кустарник.
  Правильно выбрать место. Это сейчас необходимо. Удобное и успокаивающее
  место. Он должен его найти, пока еще не поздно.
   Впереди был пологий подъем, и он медленно вполз на самый верх. Здесь
  не так высоко, как ему хотелось бы, но все же теперь он был над полем, а
  трава казалась периной, набитой соломой. Он посмотрел на облака, там
  плясали яркие оранжевые отсветы пожаров. Ну вот, он нашел это место.
   Во всяком случае, на душе у