ал и самоуничтожение. А вот так,
  последний бой, один на один с Тислом. Глаза и руки подводили его, и он
  не надеялся уже, что попадет в Тисла. Но если промахнется, Тисл увидит
  вспышку и выстрелит. По крайней мере, смерть наступит в бою. Рэмбо
  силился нажать на спусковой крючок, целясь в сердце смутной фигуры
  Тисла.
   Дуло прыгало, шансов попасть - никаких. Но постараться- то нужно,
  иначе все теряет смысл. Он приказал своей руке нажать на крючок, но рука
  не действовала, а когда сконцентрировал на ней внимание, винтовка
  неожиданно для него выстрелила. Ах как глупо! Он обругал себя. Совсем не
  тот, настоящий бой, на который он надеялся, и теперь пуля Тисла оборвет
  его жизнь. Он ждал. Пуля должна бы уже прилететь. Он прищурился,
  стараясь разглядеть Тисла, распластавшегося в кустах. О Господи, он в
  него попал. Но он же не хотел этого! Теперь все его тело онемело до
  такой степени, что он уже не сможет поджечь запал. Как все глупо.
  Безобразно и глупо. А потом смерть взяла его, но это был не отупляющий
  сон, бездонный и темный, а вспышка подобная динамиту, только она пришла
  не со стороны живота, а вспыхнула в голове...
  
  Глава 21
  
   Ну вот и все, думал Тисл. Он лежал на спине в кустах, дивясь на
  звезды, повторяя себе, что не знает, что с ним случилось. Он и не знал.
  Он видел винтовочную вспышку и упал, но падал так медленно и мягко, что
  не мог понять,