Сбежал он
  в шесть тридцать, стемнело в восемь тридцать. Не мог он покрыть ночью в
  этих холмах большое расстояние. У него наверное был час, максимум два.
  Как и они он вышел с рассветом, так что получается, что у него всего
  четыре часа форы. А если учесть кое-какие другие факторы, то еще меньше,
  всего около двух часов: он голый, и это замедляет продвижение, не знает
  этих мест, поэтому ему приходилось иногда заходить в расщелины, не
  имеющие выхода и тратить время на то, чтоб выйти и найти другой путь. К
  тому же у него нет пищи, а голодный человек устает быстрее и идет
  медленнее.
   - Он опередил нас меньше, чем на два часа, - сказал на бегу Орвал. -
  Похоже, не больше, чем на час. Посмотри на собак. След такой свежий, что
  они даже не опускают нос к земле.
   Орвал был впереди Тисла и остальных и бежал вместе с собаками, держа
  их на общем поводке, Тисл старался изо всех сил не отстать от него.
  Собственно говоря, это было смешно: темп устанавливал
  семидесятидвухлетний старик, а они еле за ним поспевали. Однако Орвал
  каждое утро пробегал пять миль, выкуривал всего четыре сигареты в день и
  никогда не пил, а он, Тисл, выкуривал полторы пачки, без конца пил пиво,
  а физических упражнений не делал уже много лет. Правда, в морской пехоте
  он занимался боксом и кое-чему полезному для тела научился, но сейчас
  все приходилось вспоминать заново. Собаки лаяли где-то впереди,