на место.
   - Дальше... В общем, положено заводить уголовное дело.
   - Знаете что, пойдемте-ка в комнату.
   Она провела Милова в отцовский кабинет и прикрыла дверь, чтобы не
  разбудить мать. Почему-то ей не хотелось, чтобы она принимала участие в
  беседе, самой нужно было разобраться. В чем? В своих подозрениях, возникших
  в тот момент, когда она увидела пустой компьютер, а потом таинственных
  псевдоиностранцев.
   - Так вот, - Милов остановился посреди комнаты, огляделся. - В общем,
  дело-то как открыли, так и закрыли.
   - Ну и что?
   - Да вот в том-то и дело, что дело...
   "О, Боже, что же это он, совсем не умеет говорить?" - Настя смотрела на
  следователя широко открытыми глазами. Ей стало даже любопытно.
   - Вы извините меня, - каким-то другим, более нормальным тоном с нотками
  сочувствия в голосе вдруг сказал Милов. - Я почему-то волнуюсь.
   Он наконец подошел к креслу у компьютера, неожиданно ловко и красиво сел
  в него, быстро крутанулся на пол-оборота и взглянул на Настю.
   - Не знаю почему. Вы меня сбили с толку. Так вот, дело закрыли, не
  разобравшись как следует. И вскрытие... - Он снова бросил на Настю полной
  тревоги взгляд. - О, извините, Бога ради.
   - Да ничего, ничего. Я же понимаю.
   - Так вот, и вскрытие провели как-то странно. Ничего конкретного. В таких
  случаях все гораздо подробнее фиксируется. Ну, я не буду сейчас всю
  процедуру описывать, вы уж мне поверьте.