л Моня, и Кач понял, что
  беседа окончена.
   Тон Мони не предвещал ничего доброго. От этого психа всего можно ожидать,
  ну его на хрен. Лучше помалкивать и делать что скажут. А машину он эту хрен
  отдаст назад. Лучше вмажет с пацанами, покатается как следует и разобьет.
  Устроит ралли, блин, сафари.
   - Куда дальше-то? - спросил Кач.
   Машина неслась по Ленинскому проспекту, Моня помалкивал.
   - Прямо. На Корзуна завернешь, пройдешь вперед и увидишь пустырь. Там нас
  ждут.
   Кач выполнил указание. И, миновав ряд пятиэтажек, они действительно
  увидели пустырь. Кач не любил этот район. Уж больно далеко от центра. И дома
  древние. Хрущевские развалюхи.
   Приятные, легкие мысли вмиг улетучились. На пустыре стояли и сидели на
  низенькой лавочке человек десять кавказцев. Все, как надо. Молодые, прыткие.
  С этими драться - один на один, ну максимум против двоих. А с такой
  толпой... А стволы у них имеются, это дураку понятно. И своих что-то не
  видно.
   Кач тормознул и обернулся, вопросительно глянув на Моню.
   - Давай вперед! - скомандовал тот. В голосе Мони зазвучали хорошо
  знакомые Качу нотки, после чего обычно следовали безумные действия,
  повергающие противника в растерянность и панику. Интересно, что он на этот
  раз задумал?
   Машина подъехала к кучке кавказцев. В кустах стояло несколько машин, а
  возле них - человека четыре. "Водилы, наверное, - подумал Димка, - ждут
  команды".