подворотнях. Соплячки.
   А эта - нет. В этой была какая-то жуткая сила. Она била из огромных глаз
  на худом симпатичном личике, и было в ней еще что-то. Непонятное, но очень
  интригующее. Тайна какая-то.
   Девочка, разыскивающая Кулака, была той еще штучкой.
   - Ну, как? Сгожусь? - спросил Мертвый, решив не терять лица. Все равно,
  что бы ни таилось в этих ее глазищах, все равно она - сопливая девчонка и не
  ровня ему. Во всяком случае, ему хотелось так думать, но уверенности в этом
  уже не было.
   "Против лома нет приема", - подумала Настя. Она усвоила одну простую
  истину, на которой зижделся современный русский бизнес.
   Против грубой физической силы нет никаких доводов. Никаких юридических и
  бухгалтерских уверток. Сила решает все.
   - Может быть, - ответила Настя.
   - Ну, ты даешь, - Мертвый улыбнулся. - А чего тебе надо-то?
   Настя задумалась. Она не рассчитывала на помощь этого совсем незнакомого
  парня. Кулак тоже был не брат родной, но все же общались. И потом, Кулаку
  всегда нужны деньги. Они, конечно, всем нужны, но Морозов постоянно
  закручивал какие-то музыкальные проекты и в деньгах нуждался по-настоящему.
  Для дела, а не для того, чтобы пропить, просадить, проиграть. Зарабатывал он
  много, но все вбухивал в новый проект. Заколдованный круг.
   - У тебя есть знакомые бандиты? - спросила Настя.
   Перерыв кончился, и солист "Болей", вразвалку подойдя к микрофону,
  неожиданно громко, истошно