агоготал Дуче. - Точно. В елочку!
   - Договорились? А с твоим ублюдком мы разберемся.
   - У меня же школа, - начала было Настя, не имевшая ни малейшего желания
  оставаться в этом притоне. Вот еще выдумали! Нет уж! Она платит деньги, все!
   - Да не смеши ты меня, е-мое! Какая, на хуй, школа! Забудь! Сказано,
  здесь побудешь. Пару дней. Пей давай!
   Настя отхлебнула водки, и голова ее стала совершенно ватной.
   Она снова закурила, чтобы хоть как-то сосредоточиться, но сознание
  все-таки вышло из-под контроля, и на какое-то время она отключилась.
   А когда снова вернулась к действительности, то обнаружила, что сидит на
  том же месте с незажженной, видимо новой уже сигаретой в руке. Андрея в
  комнате не было, а Шрам полулежал напротив, на диване. Что-то изменилось в
  его облике. Он как будто стал меньше, Настя не понимала, в чем все-таки
  дело, а когда поняла, ей стало не по себе.
   Шрам был в одних трусах. Он лежал, раскинув мускулистые волосатые ноги,
  курил и пристально смотрел на Настю.
   - Я это... Наверное, пойду, - Настя попыталась встать с кресла, но ее
  качнуло, и она чуть не повалилась грудью на стол.
   - Ну, прямо. Так вот сейчас все бросишь и пойдешь. Сказано же тебе, тут
  поживешь. А потом вместе поедем фраера твоего бомбить. Иди-ка сюда.
   Он сел на диване и через стол протянул руку к Насте. Она попыталась
  уклониться, но не успела.
   Шрам схватил ее за локоть и дернул к себе.