не кое-что насвистела. Что ты
  ей в несознанке, обдолбанная выдала.
   Настя посмотрела на Димку. Она просто была не в силах снова рассказывать
  все.
   - Давай, братан, я тебе расскажу. А девочка погуляет пока. Тяжело ей.
   - Обратно найдешь дорогу? - спросил Инвалид.
   - Да.
   - Посиди наверху, там, в каморке. Спросит кто, скажешь, Инвалиду
  передачку принесла. Ждешь, мол. Усекла?
   - Все нормально.
   Настя еще раз посмотрела на Димку, тот ободряюще ей кивнул.
   - Иди, Настя, я скоро.
   Она поднялась по узкой лесенке в каптерку и села на единственный стул.
  Куда девалась прошлая жизнь со всеми ее радостями, друзьями, концертами,
  пластинками, компьютерными играми, вкусной едой, танцами, музыкой,
  роликовыми коньками, модными джинсами и красками для волос? Она сидела в
  крошечной комнатке с выкрашенными зеленой масляной краской стенами,
  наводящими своим видом такую тоску, что даже выть не хотелось. Вся жизнь
  словно замкнулась в квадратном, два на два, помещении, и выхода из него не
  было.
   Или был? Наверное, есть выход. Надо пробить стену, пролезть в
  образовавшуюся брешь и начать новую жизнь. Ей только шестнадцать, самое
  время начинать. Без родителей, самой, самостоятельно. Весь мир будет
  принадлежать ей. Она им всем покажет. Только надо пробить эту стену.
  Решиться. Да она, собственно, и решилась.
   Назад пути нет. После всего, что с ней случилось,