кейсах, увозят за кордон. Кино, одним словом! А здесь... Черт
  возьми, что же все-таки делать?
   По тону и словам Крюгера Михаил понял, что на этот раз хаханьки
  кончились. А отсрочка ему если и будет, то на жутчайших условиях,
  предполагающих полную потерю бизнеса. Если бы еще только бизнеса...
  
  ***
  
   - Ну, Костян, как он там? - Бром сидел за рулем черного "мерседеса",
  заворачивавшего на Литейный.
   - Все путем! Нет у него бабок. Поэтому парнишке с крючка не соскочить.
   - Я не пойму только, на хера столько возни с ним? Может, нам просто взять
  все у него, и кранты?
   - Турок, понимаешь, хочет все официально провести. Ему магазин нужен с
  бухгалтерией. Ну да ты в этом не сечешь, братан. Рули давай.
   - Чего бухтишь-то?
   - Ладно, ладно! Ты, видно, прав. Ведь если этот пидор бабки найдет, что,
  мочить его, что ли?
   - Мочить... Посмотрим. Не найдет он. Я вижу - зрак у него бегает,
  трясется весь. Денег у него нету. Я ему срок назначил до вечера. Ты, Боря,
  не ерепенься. А насчет Турка, это все-таки его дела. Ты не парься, Боря.
   - Парятся на нарах, а я не хочу херней заниматься. Давно бы отобрали все,
  меньжуемся, как целки в проруби, блин.
   - А как целки в проруби меньжуются, Боря, объясни?
   - А вот как мы сейчас. - Бром надавил педаль газа, и "мерс" рванул
  налево, проскочив перед самым носом трамвая. Затем, пролетев на красный свет
  и едва не зацепив какого-то зазевавшегося