За
  обналичивание, ты знаешь, сколько берут?
   - Процентов десять? - спросил Димка.
   - По-разному. Иногда меньше, иногда больше... И если что и потеряешь, так
  это процент за обналичку... Но мы не потеряем. Я чувствую, - сказал Куз и
  еще раз наполнил свою рюмку.
   - Как думаешь, Дим? - спросила Настя.
   - Я - за. Не век же нам действительно сидеть взаперти на этих бабках...
   - Я согласна, - кивнула Настя. - Когда поедем?
   - Сейчас я позвоню, договоримся.
   - Подождите, давайте сначала кое-что сразу обговорим, - сказал Димка. -
  Это дело непростое. Я думаю, надо будет "крышу" менять. И тут же платить
  взносы. За завтрашнюю охрану. Иначе возьмут у нас эти пятьдесят штук, и
  привет горячий. Могут и пришить. Что скорее всего. Вы это сечете?
   - Да... - Куз почесал голову. - Я как-то об этом не подумал.
   - Точно, - поддержала Димку Настя. - Это же отморозки. Это вам, Марк
  Аронович, не Европа какая-нибудь. Заплатили, ударили по рукам и разошлись
  довольные друг другом. Нет... Я уже имела дело как-то раз... - Она
  потянулась к бутылке и, плеснув водки в Димкину рюмку, быстро выпила. Ни
  Димка, ни Куз даже слова сказать не успели.
   - Какое это дело ты имела? - спросил Куз.
   Димка предостерегающе поднял руку, но Настя посмотрела прямо в глаза
  журналисту и сказала:
   - А вот когда я за папу хотела отомстить, пошла к бандитам. Все им
  рассказала. Объяснила, что заплачу за работу.