ударов?..
   Куз смотрел на нее, поражаясь ее действиями и одновременно понимая, что
  сейчас она не просто бьет витрины, а разряжает обиду и злость. За все, что
  случилось с ее семьей, с отцом, матерью, с ней.
   "Хорошо, хорошо, - думал он тогда в магазине. - Пусть негативная энергия
  выходит... Пусть. Лучше уж так, чем через наркотики, к примеру, или еще
  что..."
   За пятнадцать минут, на протяжении которых никто из окружающих не
  пошевелился, кроме Барракуды, впрочем одернутого Димой, Настя разнесла весь
  торговый зал буквально на кусочки. Не пострадали только кожаные вещи, все
  остальное было разбито, расколото, уничтожено...
   Настя швырнула биту на пол, и та покатилась, дробно стуча по полу.
   - Вы, - сказала она Верзиле и Хмырю, - запомните, что теперь здесь все
  будет по-другому. И вы, мальчики, если не изменитесь, можете так же
  получить, как эти витрины. Я права, Дим? - Она посмотрела на своего друга.
   - Элементарно, - улыбаясь во весь рот, ответил молодой экс-бандит,
  сохранивший, однако, все внешние признаки этого социального слоя. -
  Элементарно, пацаны.
   - Свободны, - бросила она ошалевшим подросткам. - Кук, выпусти их.
   Кук, ошеломленный происшедшим не менее бывших своих покупателей, подошел
  к двери и отомкнул засов.
   Верзила вышел сразу, а Хмырь, задержавшись на выходе, повернулся к Насте
  и с искренним восхищением в голосе сказал:
   - Ну, ты даешь... Не ожидал, не