лючил "счетчик". Очень жестко включил. И стал наведываться Крюгер к
  незадачливому должнику сначала просто так, потом и с грузовичком подъезжал.
  Вывозил потихоньку то, что наваливалось в процент. Сумма уже многократно
  превышала ту несчастную тысячу долларов, занятую когда-то Врачом, а тот
  никак не мог выкрутиться.
   Начал было подниматься. Купил большую партию аудиотехники, ворованной,
  конечно, по бросовой цене. Техника эта, ясное дело, украдена была не из
  питерских квартир, а со шведских складов. Так что все было как бы чин чином.
  А "как бы" - это потому, что все документы на товар были липовые. Но кто там
  будет смотреть? В Питере половина магазинного товара по липе проходит, все
  привыкли уже...
   Но чтобы мебелишку хорошую не упускать, пришлось подставить Врача с его
  липухой. Засветили ее через ментов знакомых - хрен с ней, с техникой!
  Конфисковали все у бедолаги, едва срок не накинули. Но сказали ментам, чтобы
  не сажали мужика. Менты молодцы в этом смысле - не посадили. Не хотели с
  Турком в контры идти...
   Так и доил Врача Крюгер. Доил, доил - да вот, похоже, ничего уже не
  осталось у этого "нового русского"... Ну, квартира, понятно.
   - Эй, Врач, давай деньги, - сказал Крюгер. Это у них было уже нечто вроде
  пароля. Каждая беседа начиналась с этой простой и привычной фразы.
   - Нету, - ответил Врач.
   И вот это как раз было чем-то новеньким. В их отошениях уже так повелось,
  что на фразу