т и крик, и
  Турок увидел, как Дядя повернул голову на шум. Затем с кувырком через голову
  быстро вскочил на ноги и побежал туда, где, очевидно, должен был сейчас
  находиться майор. Странно, но Дядя не стрелял по менту. Турок недолго
  недоумевал. Некая туша навалилась на него сзади, сбила с ног. Он больно
  ударился об утрамбованную землю головой. Рванулся, пытаясь вырваться из-под
  хрипящей над ним туши. Бесполезно. В тот момент, когда Артур почувствовал на
  своем лице смрадное дыхание, огромные челюсти сжали его горло.
   Сколько времени он пролежал так, слушая животный хрип и задыхаясь, он не
  знал. Может быть, минуту, может быть, час. Наконец Турок услышал рядом со
  своей головой чьи-то шаги.
   - Нет, Артур, видно, не договориться нам... - сказал подошедший к нему
  вплотную Дядя. - Ты меня обидел, Артур. Сильно обидел. А я обид не прощаю. Я
  вернулся, Артур. Насовсем. А ты слабак. Вы все слабаки. Я замочил всех твоих
  людей, Турок. И я возьму себе все твои дела. Как ты говоришь, "бизьнесь"...
  Времена изменились, люди выяснили наконец, кто прав, кто виноват. Так что я
  вернулся.
   Дядя помолчал, давая Турку осмыслить сказанное. Последнее, что слышал
  Турок в этой жизни, было тихо брошенное Дядей: "Взять!" Челюсти на горле
  Артура сомкнулись.
   Дядя повернулся и пошел за угол, туда, где недавно скрылся майор.
   Длинный двухэтажный пакгауз, вдоль которого он двигался, был последним в
  ряду заводских построек.