в законе. Он взял его под крыло, отмазал от висевшего на нем
  ограбления. С некоторых пор для него это было несложно. Когда Дядя говорил
  Турку, что времена изменились, он не грешил против истины.
   Беспредельщики, наделавшие шуму в постперестроечные годы, постепенно
  сдавали свои позиции. Дикая преступность уже у всех сидела в печенках.
  Необходимость стабилизации стала очевидной. И снова, после небольшого
  перерыва, наверх стали один за другим подниматься воры в законе. А крутые
  беспредельщики - "новые", как их называли, один за другим стали уходить в
  небытие. В буквальном смысле слова.
   С ворами в законе та же милиция находила общий язык, что труднее было
  сделать с "новыми", слово которых не стоило ровным счетом ничего. Дядя,
  вернув былую силу, имел возможность отмазывать кого-то из своих довольно
  легко, не прибегая к шантажу или угрозам, порой даже денег не платя. Просто
  услуга от ментов в обмен на его услугу. Услуги, конечно, нельзя было назвать
  дружескими - дружить с ментами вору западло, но компромисс в сосуществовании
  они все-таки находили.
   Стрем в новый для Дяди период стал своего рода "засланным казачком" в
  компании начинающих преступников под руководством Джуса - отвратительного
  Дяде сопляка, которого на зоне "опустили" бы в первые минуты. Высокомерный
  подонок... Связываться с ним у Дяди особенного смысла не было. Если бы тот
  не проявил внезапную инициативу,