его так?
   - Это ты?! - прохрипел Сухой. - Ты?!
   Настин сосед усмехнулся:
   - Узнал-таки... Только по голосу меня теперь и узнаешь, Сухой. Да! Так
  кто тебя разукрасил? Соседка моя, поди?
   Сухой молчал.
   - Ну, пошли, ребятки, на кухню. Поговорим.
   Чувствуя его сумасшедшую внутреннюю силу, Барракуда, Дохлый и Настя
  подчинились. Расселись на кухне, оставив неперевязанного Сухого в коридоре.
   - А как он... - начала Настя, кивнув в сторону коридора.
   - Ничего с ним не будет. Придуривается. Вы хорошо сделали, что не начали
  его перевязывать. Всех бы вас замочил. Это не рэпперы твои сраные, -
  серьезно сказал Николай Егорович, заглянув Насте в глаза. Она вздрогнула.
  Сама смерть посмотрела сейчас ей внутрь, в самую глубину ее существа. Такого
  взгляда она у своего соседа еще не видела... - Давай рассказывай, -
  скомандовал Николай Егорович, посмотрев на Дохлого. - Это всем интересно.
   Дохлый, сначала робко, потом, чувствуя, что Николай Егорович, кажется,
  ничего плохого им делать не собирается, что он не мент, рассказал о том, чем
  занимался несколько последних дней.
   Он, будучи действительно большим докой в технических вопросах, быстро
  определил, что Сухой поставил "жучок" в магазинный телефон. Сразу убирать
  его он не стал, чтобы не вызывать подозрений. Потом уже ликвидировал,
  демонстративно и шумно сменив аппарат на другой, с ненужным совершенно
  факсом и прочими штучками.