ма, приедет, никуда не денется. Не психуй.
   - Как же мне не психовать, обещал вечером вчера вернуться, а сейчас уже
  тоже почти вечер. Может, случилось что? Он на машине - мало ли что на дороге
  бывает. Может, авария, не дай Бог.
   - Перестань. Какая авария? Он же осторожный, как девушка. Никаких аварий.
  Заехал к кому-нибудь по делам или так, оттянуться.
   - Оттянуться! Еще не хватало!
   - Ну да, ты-то оттягиваешься по полной программе, а ему что, нельзя?
   - А ну-ка кончай эти разговоры! Я оттягиваюсь, видите ли! Я пашу всю
  неделю, как лошадь, в гости хожу только по выходным, а она мне тут претензии
  высказывает! Да я...
   - Ладно, мамуля, ну что ты завелась? Все нормально. Я пошла, - Настя
  встала из-за стола, уже стоя допивая остатки чая из большой черной кружки.
   - Куда это?
   - Как - куда? Гулять. У меня еще каникулы.
   - Каникулы... А готовиться тебе не надо, последний класс, почитала бы
  что-нибудь! И так-то в голове немного было, а за лето, наверное, вообще все
  выветрилось.
   Настя обняла мать, за лето ставшую заметно ниже дочери, поцеловала ее в
  упругую щеку, в лоб, на котором еще не было и признаков морщинок, в красивые
  большие глаза - по очереди, в один и в другой. Красивая у нее мама все-таки,
  самая, пожалуй, красивая из всех знакомых ей женщин.
   - Когда вернешься-то?
   - Не знаю, - Настя уже надевала свои замшевые ботиночки. - Вечером.
   - В девять чтобы была дома. Не позже.
   - Ма, дай