рштейн - это не
  ее компания. Правда, он косится на нее, тоже, конечно, знает в лицо, но хрен
  с ним, с Борштейном, у нее свои дела, у него - свои.
   Настя достала сигареты, закурила и пошла по Невскому в сторону площади
  Восстания. Путь был ясен, прост и привычен. Сначала в "Сайгон", может быть,
  там есть кто-то из народа, потом - в "Костыль", где-где, а в "Костыле" уж
  точно кто-то из команды болтается. Правда, там больше малолетки, гопота, но
  и нормальных людей бывает в достатке - во всяком случае, Настя всегда найдет
  себе компанию. Была, конечно, альтернатива - двинуть на Дворцовую, но с
  роллерами, хотя и много было среди них у Насти хороших знакомых, ей сейчас
  не хотелось крутиться. Хотелось чего-то такого... Непонятно чего. Еще со
  вчерашнего вечера. Чего-то взрослого, спокойного чего-то. Хрен знает чего,
  одним словом.
   Навстречу шла девчонка, очень знакомая. А, Машка Перчанок. С красными
  волосами, длинная, худая, без очков, со всеми своими минусами ничего не
  видит в двух шагах от себя, глаза как у сомнамбулы, в ушах - пробки плейера,
  так и прошагала мимо Насти в сторону Дворцовой, не заметила знакомую. Они,
  конечно, не такие уж и подруги, но поздороваться могла бы. А из-за Машкиной
  спины прямо на Настю вылетел небольшого росточка, плотный, с длинными
  волосами, курносым носиком, в джинсуру весь закован с ног до головы - сам
  великий господин Чиж, рок-звезда, кумир трудных подростков