то, во всяком случае, убедилась в этом. Еще весной, в десятом классе.
   Клуб представлял из себя небольшое полуподвальное помещение, чистенькое,
  уютное, с дизайном, выполненным не без искры Божьей, не шедевр, конечно, но
  пригласить сюда никого не стыдно. Бывали здесь самые разные люди - от нищих
  панков до самых что ни на есть настоящих "новых русских", оставляющих в
  грязноватом дворике свои "шестисотые". И то - ведь далеко не все они тупицы
  с растопыренными пальцами из новой серии анекдотов, поползших по стране,
  эти, из анекдотов, скорее исключение, чем правило. В наше время, пользуясь
  одной блатной феней, много не заработаешь, деньги водятся в политике, в
  экономике, а там феня не шибко котируется. Это только простых граждан
  грабить можно с феней на устах, а много ли у них, у граждан-то, возьмешь? На
  "шестисотый" точно не хватит.
   - Ты что будешь? - спросил Кулак.
   - Не знаю.
   - Ладно.
   Он пошел к стойке, взял две бутылки пива, стаканы и что-то шепнул
  девушке, распоряжающейся нехитрыми клубными припасами.
   Настя сидела на широкой деревянной скамье за тяжелым грубым столом,
  сработанным из толстых досок и словно обожженным сверху, с сигаретой в руке
  - а как же, в таком месте да без сигареты, нонсенс просто! Пиво было
  холодное, но невкусное. "Балтику" она не любила - водянистый напиток, ни то
  ни се, а пахнет потом так, что можно подумать, будто Настя выпила стакан
  водки,