что он создавал на
  студии. Это он тоже как-то Насте поведал. "А что, деньги зарабатываю, -
  сказал он тогда. - За рок сейчас никто не платит. Так что буду пока
  миксовать, а там посмотрим, как шоу-бизнес повернется".
   Настя опустила глаза. Она не хотела, чтобы эта парочка видела, как она
  расстроена, обижена, оскорблена, убита. Какие только определения не
  вертелись сейчас в ее голове - ох, ну и вечерок выдался, приятный, нечего
  сказать! А она-то надеялась.
   Кулак лениво поднялся, потянулся, выбросив к потолку свои красивые
  длинные руки, и, опуская их, правую положил на плечо Светы.
   - Пошли! Пока, Настюха!
   - Пока, - тихо ответила она, но Кулак уже не смотрел в ее сторону.
   Света же не удосужилась попрощаться с очередной школьницей, которой ее
  старый друг Серега Морозов в очередной раз парит мозги. "Стареет он, что ли?
  - думала она, выходя с Морозовым во двор. - Что-то часто со школьницами
  колбасится. А может, это я старею?" Она крепче обняла Серегу за талию,
  прижалась к нему на ходу и с удовольствием услышала, как он, словно сытый
  кот возле теплой печки, заурчал от удовольствия.
   Остаток вечера скомкался для Насти в какой-то липкий, неприятный и
  тяжелый комок. Пиво оказалось на поверку не таким уж и слабым. Она и не
  заметила, как полупустой зал вдруг совершенно очистился от посетителей.
  Вдруг кто-то довольно сильно хлопнул ее по плечу.
   Обернувшись,