тебе деньги, скажи, а, Димка? Чего ты хочешь-то? Одеться, что
  ли? Так ты же не научился еще одеваться.
   - Ладно, Моня, не наезжай. Разберусь.
   - Деньги. Будут тебе деньги. Говна пирога. Деньги. Ладно, пока, Димуля. Я
  пошел. Не опоздай в ломбард.
  
  ***
  
   - Так. Понятно, - маленький человечек в длинном легком плаще кивнул
  головой, - значит, наркотики, говоришь.
   Директор магазина, откуда час назад увезли в больницу раненого Топа,
  кивнул головой.
   - Да. Он очухался, успел мне передать.
   Человечек в плаще снова кивнул.
   - Отлично.
   - Что же тут отличного? - поднял брови директор Сергей Ильич
  Вознесенский, Серый, как звали его особо приближенные.
   - Разберемся. Заяву пусть напишет ментам, да и никуда не денется,
  заставят написать. С такими ранами... Но на себя дело пусть не вешает. В
  смысле - пусть говорит, что не знает, кто да что, просто, мол, пьяная
  разборка. Хулиганы. Очных ставок не будет, так что узнавать ему будет
  некого. Это я тебе гарантирую.
   - Хорошо. Слушай, так, если найдешь этих уродов, надо бы с них на лечение
  получить.
   - Естественно. На лечение. И мне за суету. Разберемся, Серый.
   Маленький человечек повернулся и не прощаясь вышел из крошечной каморки,
  где располагались одновременно бухгалтерия, офис директора и комната отдыха
  работников магазина. Он поднялся по ступенькам на улицу, раздвинул плечиком
  молодежь, вечно толпящуюся у входа, и