ти и повседневным
  заботам, которых, как оказалось, сейчас было невпроворот. Настя впервые
  непосредственно столкнулась со смертью близкого человека, и все эти тяжелые
  и неизбежные обязанности, свалившиеся теперь на них с мамой, сначала
  подавили ее, а потом странным образом отвлекли от тяжелой тоски и жалости к
  отцу, к маме и к себе, которые просто мутили ее разум.
   День пролетел незаметно. Настя подняла голову, взглянула на часы и с
  удивлением отметила, что правы, наверное, взрослые, когда говорят, что время
  для них движется быстрее, чем для детей. А начиная с сегодняшнего утра она
  чувствовала себя, безусловно, взрослой, по-настоящему, со всей мерой этой
  самой "взрослой" ответственности за себя и, главное, за других.
   На столе перед ней лежал лист бумаги, густо исписанный ее рукой. Там были
  телефоны, адреса, фамилии, цифры с вполне "взрослым" количеством нулей.
  Настя весь день отвечала на телефонные звонки, "сводила" друг с другом
  разных людей, изъявивших желание принять участие в организации похорон,
  поминок, покупке гроба, венков, кто-то сказал, что берет на себя обеспечение
  транспортом, кто-то еще что-то.
   Мама спала. Настя смотрела на свои записи, проверяла себя, все ли она
  отметила, все ли важные детали запомнила, все ли фамилии записала
  разборчиво, так, чтобы мама смогла пользоваться этой... шпаргалкой?
  списком?
   Настя вошла в спальню и посмотрела на мать.