орых своих
  членов.
   - Очень жаль, конечно, но осведомленность об этом как кинжал,
  приставленный к нашим глоткам. - В голосе Маттео все еще звучало терпение,
  будто он разговаривал с ребенком. - Ты понимаешь, что полиция уже
  подозревает тебя, и если то, что ты знаешь, станет каким-то образом известно
  им... - Он не закончил фразы.
   - От меня они ничего не узнают.
   - Я верю в это, - согласился Эмилио. - Но Обществу будет нанесен большой
  вред, если мы оба ошибаемся. У других нет такой уверенности, как у тебя и у
  меня.
   - Почему же нет? - требовательно спросил Чезаре. - Я держу свою клятву, и
  мне ничего не нужно от них.
   - Дело именно в этом, - быстро сказал Эмилио. - Их как раз это и
  беспокоит. Человеку, который ничего не хочет, нечего защищать. Ты не похож
  ни на Дэнди Ника, ни на Большого Голландца, ни на Элли, которых ты уже
  убрал. У них были основания остаться верными, у них было что защищать, им
  было выгодно вносить свою лепту в дело развития Общества. А от тебя, мой
  племянник, нам нет никакой прибыли, ты ничего не производишь. Ты дилетант,
  которого, как малое дитя, интересует только состояние возбуждения и
  опасности.
   - Так это из-за Дэнди Ника они хотят моей смерти?
   Эмилио печально посмотрел на него и беспомощно развел руками.
   - По этой причине ты должен сдержать свою клятву перед Обществом.
   Люк обратила внимание на какое-то движение