ул, и улыбка
  застыла на его лице.
   Дверь лифта раскрылась, и толпа бросилась к нему. Чезаре не сдвинулся с
  места. Он знал, что они поднимутся не в этом лифте. Его информация была
  исчерпывающей и точной. Тревожило лишь то, что у него было мало времени для
  подготовки. Он прислонился к стенке между вторым и третьим лифтами.
   Открылась еще одна дверь, и из лифта вышел свидетель, окруженный со всех
  сторон детективами. Чезаре тут же оказался за ними, дав возможность толпе
  подталкивать его вперед. Здесь у него не было никаких шансов, поскольку
  между ним и свидетелем находился детектив. Репортеры выкрикивали вопросы,
  остававшиеся без ответа. Беспрерывно "стреляли" вспышки, фотографы
  подпрыгивали, пытаясь запечатлеть на пленку свидетеля. Как только этот
  человек попадет в зал заседаний, будет слишком поздно.
   Они почти подошли к дверям, а стилет все еще отдавал холодом в руке
  Чезаре. Он давно перестал дышать. Его легкие были наполнены готовым
  взорваться кислородом, который, похоже, не потребуется. В ушах давило;
  казалось, все двигаются, как в замедленной съемке.
   На какое-то мгновение группа остановилась перед закрытой дверью.
  Детектив, прикрывавший свидетеля сзади, немного сдвинулся в сторону. Воздух
  судорожно вырвался из легких Чезаре. Толпа навалилась ему на спину, толкая
  вперед. Теперь! Теперь - самое время!
   Чезаре даже не почувствовал, как его