и
  скривился, - она с пенсии откладывала, чтобы мне эти часы подагить...
  
  Требухович в ответ только обреченно вздохнул.
  
  С такими товарищами по "борьбе с тиранией" каши не сваришь. Серьезные люди
  в оппозицию не идут, одни мелкие мошенники, еще с советских времен
  привыкшие подворовывать гайки на заводе и картошку с колхозного поля.
  
  Богданкович все продолжал причитать.
  
  
  Влад протиснулся между прутьями высокой решетки, продрался сквозь густые
  заросли сирени вперемешку с шиповником и вылетел к высокому многокорпусному
  зданию, стоявшему особняком посреди огромного пустого участка. Ни одно окно
  на видимой Рокотову стороне здания не светилось.
  
  Биолог на секунду остановился.
  
  "Так. Что мы имеем? Пустырь и домину. Вернее, больничный корпус. Вон
  пандусы для въезда машин, холл, технический этаж. А света почему нет?
  Профилактика? Ладно, не суть... Здесь меня искать весьма затруднительно.
  Собаку по больничным коридорам не пустишь. Одуреет бедное животное от
  запахов. Тем более что моих вещей у ментов нет. Дать понюхать нечего...
  Искать в больничке чужака глупо. Там могут быть и сторожа, и ночная смена
  какая-нибудь... Вдруг одно из отделений работает? Судя по размерам и
  количеству корпусов, вполне может быть. Разберемся..."
  
  Владислав преодолел двести метров открытого пространства, пробежал вдоль
  стены еще несколько десятков шагов, пока не наткнулся на полуоткрытое