ворик, где было предусмотрено место для курения. Достал пачку
  облегченного "Кэмела", зажигалку и устроился в тени куста сирени.
  
  Не прошло и минуты, как к нему обратилась за огоньком миловидная юная
  медсестричка. В принципе, у Рокотова и был расчет на подобное ненавязчивое
  знакомство. В курилке совершенно посторонние люди сближаются мгновенно, без
  стеснения. Не зря американские психологи пришли к выводу, что курение
  табака стоит рассматривать не как потребление слабого стимулирующего
  наркотика, а как процесс, облегчающий общение между людьми.
  
  Владислав нарочито скептически посмотрел на зажатую в пальцах медсестры
  сигарету "Бонд", укоризненно покачал головой, достал свою пачку и поднес
  девушке.
  
  - А эту гадость выбросьте. Негоже травиться жутким польским леваком. Да еще
  и сделанным в антисанитарных условиях нелегальными таджикскими
  эмигрантами...
  
  Сестричка недоуменно вскинула брови.
  
  - Вы не ослышались, - широко улыбнулся Рокотов, - угощайтесь.
  
  - Спасибо. - Девушка осторожно вытянула из пачки сигарету с белым фильтром.
  - Ой, а я сначала думала, что у вас они без фильтра! Зачем вы их
  переворачиваете?
  
  - Видите ли... - Влад галантно дал собеседнице прикурить. - В течение дня
  мы хватаемся руками за что ни попадя. А потом этими же самыми пальцами
  беремся за фильтр сигареты, когда ее достаем из пачки и пихаем в рот.
  Возможность помыть руки есть не всегда.