ремя до завтрашнего утра, чтобы решить данную проблему.
  Вредные распоряжения отменить, процедуру сертификации свести до минимума,
  виновных наказать. Я ясно выражаюсь?
  
  - Понял, Александр Григорьевич. Разберусь...
  
  ГЛАВА 7. ДРАНИК-САМУРАЙ
  
  Небольшую толпу, собравшуюся возле импровизированной трибуны, Рокотов
  заметил издалека.
  
  Он не торопясь дошел до того места, откуда были слышны возбужденные голоса
  выступавших, привалился плечом к бугристому, нагретому лучами солнца стволу
  каштана, вытащил сигареты и принялся слушать.
  
  Разнообразием речи митингующих не отличались.
  
  Поливали грязью Президента, обвиняли КГБ и его главу генерала Мицкевича в
  "геноциде" белорусского народа, взывали к прогрессивной международной
  общественности в целом и к Государственному Департаменту США в частности,
  косноязычно повествовали о судьбах диссидентов и визгливо требовали
  проведения какого-то референдума.
  
  Милиции поблизости не наблюдалось.
  
  Влад дисциплинированно выбросил окурок в урну, сделал два десятка шагов и
  очутился за спинами собравшихся.
  
  - ...Режиму мы говорим решительное "нет"! - стоящий на возвышении
  узкоплечий юноша с длинными сальными волосами и хипповскими "фенечками" на
  одежде нескладно взмахнул костлявой рукой. - Диктатура не пройдет! Не для
  этого мы свергали власть коммунистов и Москвы! Молодежь свободной Беларуси
  не будет жить под властью красно-коричневых