акого-то
  хрена из мэрии достали...
  
  - Серьезно?
  
  - Сам слышал. Алишер при мне по телефону базарил.
  
  - Нормально...
  
  - У русаков все купить можно. Они маму родную продадут, если денег
  достаточно дать. Одно слово - неверные...
  
  - Это точно...
  
  - Все, кончаем базар. Васька идет...
  
  
  Место уставшего Педюка занял один из молодых парней.
  
  Новый оратор оказался активным членом "Ассоциации Белорусских Журналистов"
  и корреспондентом малоизвестной оппозиционной газетенки из Молодечно, Судя
  по нездоровой серой коже и мешкам под глазами, трудное детство журналиста
  плавно перешло в не менее тяжелое отрочество и сейчас приближалось к поре
  отнюдь не веселого юношества. Виной тому была пакостная привычка
  "писарчука" ждать прихода музы в обнимку с тюбиком клея "Момент".
  
  - Друзья! - истошно завопил начинающий журналист. - Пришло время сказать
  открыто - Лукашенко на виселицу!
  
  - Любо! - рявкнул Владислав. - Только он не Лукашенко, а Коган!
  
  - Какая разница! Когана-Лукашенко - на виселицу! И все дела! Друзья! Я
  недавно был в России по приглашению партии "Яблоко" и лично господина
  Яблонского! Там верят в нас и ждут, что мы сбросим ярмо рабства! Сколько
  можно терпеть? Да нисколько! И я вот еще что скажу...
  
  "Да-с, - Рокотов отвлекся на собственные мысли, перестал слушать излияния
  "борца за свободу" и лишь изредка поддерживал выступающего криком "Любо!",-
  убожество