стался прямо перед Рокотовым. Тот без задержки
  засадил белорусу носком кроссовки в шею, под челюсть.
  
  Молодой оппозиционер отключился.
  
  Владислав сиганул через лежащее тело, набрал скорость на спуске и одним
  прыжком взлетел на пирамиду ящиков. На вершине пирамиды биолог подхватил
  забытый кем-то из работников склада полуметровый толстый гвоздодер и метнул
  его подобно бумерангу в открывшего рот придурка в розовой футболке.
  
  Железка со свистом рассекла воздух и соприкоснулась с лицом худосочного
  противника. Раздался треск, белоруса отбросило на стеллаж. Доски не
  выдержали, и несколько полок соскочило со своих креплений.
  
  На поверженного противника посыпались тяжелые металлические банки.
  
  "Минус пять..."
  
  Из-за штабеля бочек выбежали двое с палками и устремились к Владу.
  
  Он стукнул ногой по крайней нижней бочке, и весь ряд обрушился.
  
  Рокотов развернулся и бросился к выходу.
  
  Опрометчиво взобравшиеся на балюстраду и теперь метавшиеся там
  оппозиционеры злобно взревели. Во Владислава полетели бутылки и банки. Но
  было уже поздно.
  
  Биолог метнулся из стороны в сторону, свернул за кучу пустых коробок,
  вытащил зажигалку и поднес язычок пламени к воняющей ацетоном луже.
  
  Огонь пробежал по поверхности лужи, охватил разгромленную пирамиду, у
  основания которой валялся толстяк, и рванулся вверх. С балюстрады раздались
  крики ужаса. Сбросив вниз емкости с горючими