Кое-кто уже открыто
  говорил, что ему надоело платить ни за что и поэтому он подыскивает себе
  иных покровителей, посговорчивее и повлиятельнее, чем теряющий хватку
  Прудков.
  
  Единственная надежда оставалась на связи бывшего премьер-министра, которого
  мэр заманил к себе в партию. Экс-разведчик Максимыч обязан был придумать
  нестандартный ход, который оставил бы с носом всех недругов
  градоначальника.
  
  Хорошо еще, что Страус сбегать не собирается. Худо-бедно решает наболевшие
  вопросы, заставляет бизнесменов отчислять денежки в специальные фонды,
  недавно договорился насчет устранения непокорного Офтальмолога.
  
  Но и на Павлиныча опасно полностью полагаться. Может в любой момент ударить
  в спину, если мэр ослабит вожжи.
  
  Прудков стиснул зубы.
  
  Никому верить нельзя.
  
  Ни-ко-му!
  
  Даже жене. Она на тридцать лет его моложе, лучше приспосабливается к жизни,
  сама уже играет во взрослые игры со ставками в десятки миллионов. Никто не
  может дать гарантии, что ей не надоест жить с пожилым резонерствующим
  недомерком и она не решит- подыскать себе партию получше. Деньги у нее
  есть, о делишках Прудкова она знает больше, чем нужно. Возможно, что и
  папочка с компроматом где-то надежно спрятана...
  
  - Слово предоставляется Генеральному прокурору! - по залу разнесся гундосый
  голос Строечкина. - Юрий Ильич, по регламенту у вас десять минут.
  
  Московский мэр заметил направленный