ург свой выбор сделал.
  
  А с деньгами в любой стране можно неплохо устроиться. Деньги не пахнут, как
  говорили древние, обкладывая налогом общественные уборные. Заплаченной
  Хирургу суммы должно хватить до конца его жизни. Тем более - на его родине,
  где даже сто долларов в месяц считается признаком обеспеченности. И, что не
  менее важно, - никого не интересует, откуда эти денежки появились. Кроме,
  пожалуй, бандитов. Но эти ребята доят коммерсантов и, если не засвечиваться
  крупными тратами, не обращают внимания на обычных граждан.
  
  Хирург ухмыльнулся.
  
  То, чем он в настоящее время занимался, заставило бы содрогнуться самого
  беспринципного из бритоголовых "братков". Ибо одно дело - пихать паяльник в
  задницу визжащего барыги-"крысятника", и совсем другое - хладнокровно
  перерезать горло десятку младенцев, когда отпадает необходимость в их
  "функционировании". Тут требуется особое состояние души, недоступное
  подавляющему большинству гомосапиенсов.
  
  Хирургу же такое состояние было доступно. Единственной ценностью для него
  являлась собственная жизнь, ради сохранения которой он был готов на любые
  преступления. И улыбчивый заокеанский эмиссар, заключивший с Хирургом
  соответствующий контракт, не ошибся в своем выборе. Врач точно и
  скрупулезно выполнял все взятые на себя обязательства.
  
  Хирург посмотрел на электронные часы и нажал кнопку вызова смены санитаров.
  Те должны