ксы неполноценности росли как
  на дрожжах. И логическим исходом стала ссора на автостоянке.
  
  Ясхар приготовился к самому худшему - к газовой камере.
  
  Но его положение вдруг резко изменилось. Американская Администрация
  обратила пристальное внимание на Балканы, и Президент Джимми Картер дал
  указание подготовить для диверсионно-разведывательных операций в этом
  регионе несколько этнических албанцев, которые не связаны моральными
  нормами и соображениями гуманности. Угольки межнациональных конфликтов
  вспыхнули с новой силой, и в США почувствовали, что могут наложить лапу на
  богатейшие месторождения медной руды.
  
  Ясхара выдернули из переполненной камеры, где на его тугую задницу уже
  нацелился двухметровый выходец с Гаити, и без обиняков предложили полную
  амнистию в обмен на сотрудничество с ЦРУ. Албанец так же без обид
  согласился. Перспектива возвращения в камеру его не устраивала.
  
  За восемнадцать лет работы он ни разу не пожалел о сделанном выборе. Ему
  позволялось все - убивать, калечить, насиловать женщин и детей, торговать
  наркотиками, переправлять оружие сепаратистам, пытать пленных, грабить
  мирное население... Но при одном условии: никогда и ни при каких
  обстоятельствах не предавать интересов Соединенных Штатов. Это было легко,
  ибо интересы США почти всегда совпадали с интересами самого Ясхара.
  
  Сербов он ненавидел на животном уровне. За что, почему - на эти