гримасой боли, алкоголем не злоупотреблял. И не мог по пьянке
  утонуть в канаве глубиной по колено.
  
  Рокотов расстегнул на трупе овчинную поддевку и рубашку, проверил тело под
  брюками.
  
  Никаких следов удара. Кости грудной клетки не повреждены, позвоночник в
  порядке. Крови тоже нет, что однозначно указывает на отсутствие ножевых и
  пулевых ранений.
  
  Глаза у трупа прищурены. Влад пальцами разлепил веки. Склера была в
  порядке, лишь зрачки расширены до того, что почти перекрыли всю радужную
  оболочку. Но такое происходит и при болевом шоке.
  
  "Непонятно. С виду - совершенно здоров. А передвижной прозекторской под
  рукой не имеется. Тем более что тут, видимо, требуется гистология, а не
  примитивное вскрытие... Хотя кто мне мешает? Живых в этой деревне нет. И
  налетать с криками: "Что ж, ты, сволочь, глумишься над трупом?!" - никто не
  станет... А почему он отбросил лапти, узнать надо. Из соображений
  самозащиты. Мало ли что..."
  
  Рокотов прошелся по улице, заглядывая в каждый двор.
  
  Пусто.
  
  "Хорошо. Приступим, помолясь..."
  
  Владислав разместил тело на ровном участке обочины и вытащил свои
  инструменты - набор скальпелей, узкий десантный нож и тесак. К тесаку он
  присоединил ножны, и получились клещи.
  
  Конечно, можно было, обойтись и без вскрытия. Просто выложить тело. на
  дорогу и уйти. Рано или поздно жители вернутся, мертвеца опознают и
  похоронят. Но Владу мешала