изводственный корпус, а справа дымились развалины
  невысоких строений.
  
  Влад присмотрелся тщательнее.
  
  Примерно в километре от холма югославы развернули полевой госпиталь.
  Виднелись три палатки с крестами на боках, передвижная электростанция,
  кухня и кабинки биотуалетов. Несколько маленьких фигур в светло-зеленых
  халатах стояли кружочком возле одной из палаток. Курили.
  
  "Ага, военные медики. Что моему пациенту и надо. У них наверняка есть и
  галоперидол, и все остальное. Только как его туда доставить? В лобовую
  переть нельзя. Тревогу поднимут, меня арестуют... Не стану же я, в самом
  деле, гасить сербов! А у них ко мне тут же появится масса ненужных
  вопросов. Надо кого-нибудь одного сюда привести... Ну ты придумал! Дать по
  башке, связать и притащить? Нет, бить мы не будем. Врачи все-таки. Ладно,
  была не была..."
  
  Рокотов спустился к больному, паинькой сидящему на камне и ведущему свой
  нескончаемый диалог с призраками. Впрочем, за последние часы он стал более
  нервным, и Влад всерьез опасался импульсных действий. Против подобных
  закидонов у русского имелось только одно оружие - удар в голову. Но лишний
  раз мучить и без того исстрадавшегося человека было бы бессердечно. Биолог
  открыл аптечку и наполнил шприц сильнодействующим успокоительным. К
  счастью, наркосодержащне препараты одинаково влияют и на здоровых, и на
  больных людей: отправляют их в объятия Морфея, и