ели на химкомбинате и не поинтересовались, что
  в нем ранее хранили.
  
  А зря.
  
  Ибо в течение пяти лет в бочку сливали остатки самых разнообразных
  жидкостей - от ди-хлорэтана до белесой взвеси из прополаскиваемой
  толстостенной бутыли, в которой лаборанты держали токсичные реактивы. За
  эти годы содержимое бочки превратилось в сверхсложную гремучую смесь,
  сплошь состоящую из длинных молекулярных цепочек и бензольных колец.
  
  Ответственный за разбодяжку спирта осетин чистоплотностью и глубокими
  познаниями в неорганической химии не отличался и потому ничтоже сумняшеся
  сунул шланг в посудину, даже не заглянув внутрь. В результате оставшиеся на
  дне бочки два литра раствора благополучно смешались с водой из-под крана.
  
  - Пусть лучше Толя расскажет, - простонал Потупчик, - он все знает...
  
  - А ты не можешь? - ворчливо спросил Бог-данкович.
  
  - Не-ет.
  
  - Хогошо. Толя, мы тебя слушаем... Голубко недовольно покосился на
  покачивающегося в кресле Потупчика.
  
  - Пить надо меньше. Тоже мне, жертва несвежей водки.
  
  - Попрошу без амикошонства... - еле слышно прошелестел председатель
  правозащитников.
  
  - К делу, к делу! - Богданкович захлопал в ладоши, со стороны напоминая
  дурацкую пародию на образ Ленина из фильма "Человек с ружьем".
  
  - Да что докладывать-то? - Голубко бросил испепеляющий взгляд на
  держащегося за голову Потупчика. - Все в норме...
  
  - Конкгетнее...
  
  -