ссийского криминала, называемого за рубежом "русской мафией" или
  "русским синдикатом".
   Взоры всех воров устремились на вошедших.
   - Приветствую всех! - поздоровался Феликс. - Мир вашему дому!
   - Мир и твоему! - ответил пожилой седоватый человек с острыми чертами
  лица.
   Все согласно кивнули, поздоровавшись с Феликсом. На лицах многих
  появилась приветливая улыбка.
   - Кто незнаком - представляю, - продолжил седоватый, бывший не кем иным,
  как Павлом Георгиевичем Ивановым, очень именитым вором старой формации по
  кличке Паша Бес.
   Его авторитет был неоспорим среди самого большого воровского круга.
   - Это Феликс. Обзывают его Чикаго. Многие из вас его знают, многие о нем
  слышали. Человек он правильный и нами уважаем. Брат нам, хоть и не вор. - И,
  обратившись к гостю, добавил: - Проходи дорогой, присаживайся. Разговор
  долгий. Присутствуй.
   Феликс занял место за столом рядом с Гией Черным. Тот приветливо пожал
  ему руку. Вместе с ним присел и Дато.
   - Продолжу разговор, братья мои, - после паузы промолвил Павел
  Георгиевич. - Феликса мы позвали не случайно. Будет у нас к нему большая и
  очень серьезная просьба, но об этом позже. А сейчас о главном, о том, ради
  чего мы все здесь собрались.
   Многие знают и догадываются, что будем мы вести разговор о гнусном,
  гнилом беспределе. Несколько наших братьев погибло от рук беспредельных
  чертей. Такого количества убитых воров за столь малый промежуток времени мы
  еще не знали. Сердце мое обливается