- Все, в порядке. Немцы проверяли. Да что там, он ведь лучше
  настоящего!
   Теперь я расскажу об этих документах.
   Как-то Коля Струтинский сказал нам, что в детстве он занимался
  резьбой ножом по дереву. Я ему предложил попробовать скопировать
  немецкий штамп. Коля достал циркуль, наточил перочинный нож, оторвал
  от каблука сапога резину и сделал такой штамп, что нельзя было
  отличить от настоящего. Тогда мы дали ему скопировать другие немецкие
  штампы и печати.
   Вначале Коля работал медленно: за два-три дня делал только одну
  печать или один штамп. Дни стояли осенние, пасмурные, а работа была
  тонкая и требовала сильного света. Но потом он так набил руку, что за
  час-два мастерил любую ажурную печать, и все теми же инструментами -
  циркулем и перочинным ножом. Только резину мы ему стали доставать на
  стороне, так как он ободрал свои сапоги, сапоги Жоржа и Ростика и
  добирался уже до штабных работников.
   На одном фольварке нам попались пишущие машинки с украинским и
  немецким шрифтами. На этих машинках Цессарский печатал по образцам
  любой документ. А Лукин умел мастерски подделывать подпись любого
  начальника.
   Цессарский печатал бумагу, Лукин подписывал, а потом прикладывалась
  печать, сделанная Струтинским, и получался документ, выданный немцами!
   Так были изготовлены документы для Приходько, Струтинского и многих
  других разведчиков. Мы выдавали