аны: ноги к костру, головы - под своды чума.
  От костра ногам жарко, а там, где голова - мороз. Бывало так:
  проснется человек, хочет встать, а головы поднять не может - волосы
  примерзли. Ночью то один, то другой вскочит от холода, потопчется у
  костра, чтобы согреться, и, съежившись, снова ложится. А тут еще
  другая беда навалилась. По законам физики, дым из чума должен был
  выходить в верхнюю дыру, но у нас дым вверх не выходил, а стлался по
  чуму, выедая глаза. Вероятно, мы все-таки неправильно строили свои
  шалаши.
   Словом, бед было много, и мы приняли решение на время крепких
  морозов расквартироваться в селе Рудня-Бобровская. Село было надежное.
  Там уже давно стоял наш "маяк", который из местной молодежи
  организовал оборону от немцев и полицейских.
   19 января отряд снялся с места и направился в Рудню-Бобровскую.
   Приняли нас, как желанных гостей. Большая толпа крестьян встретила
  отряд около села и вместе с нашей колонной направилась к центру.
  Ребятишки забегали вперед и с палками вместо винтовок шагали около
  меня и Стехова.
   На площади нас ожидали жители села. На здании сельсовета были
  вывешены портреты руководителей партии и правительства. Народ ждал и
  верил в приход Советской Армии и сберег эти портреты.
   Около стола, покрытого красной материей, с подносом в руках стоял
  пожилой крестьянин. На подносе были хлеб-соль.
   Когда