но, не нашли. Стехов успел
  увести отряд. Больше половины жителей тоже скрылись в лесах. Но всех,
  кто остался в деревнях, постигла тяжелая участь. Гитлеровцы заходили в
  села, забирали скот и всякое добро, а потом поджигали дома. Стариков,
  детей и больных расстреливали, а молодых гнали на сборные пункты для
  отправки в Германию.
   В районах, где мы теперь находились, проделывалось то же самое. По
  всем дорогам "победители" конвоировали угоняемых в рабство жителей,
  обозы с награбленным крестьянским добром и продуктами.
   20 апреля, как и было назначено, состоялся парад. Центральная
  площадь в Ровно была оцеплена. На ней выстроились все части немецкого
  гарнизона: каратели, войска, несшие охрану штабов, подразделения
  эсэсовцев и фельджандармов, отряды полиции.
   У трибуны на специально отведенных местах расположились "почетные
  гости": чиновники рейхскомиссариата, военная и гражданская знать.
  Среди гостей под руку с молоденькой девушкой стоял лейтенант Пауль
  Зиберт.
   Над трибуной огромный портрет Гитлера. Рачьи глаза, фатовские усики
  и чуб, спускающийся на низкий лоб, не вяжутся с его наполеоновской
  позой.
   В назначенный час к площади на комфортабельных машинах подъехали
  высшие представители власти и командования. На трибуну поднялся первый
  заместитель Эриха Коха - правительственный президент Пауль Даргель.
  Высокий, худой, он шел, не глядя по сторонам, полный