ладил с
  ними.
   Коля Гнедюк тоже организовал подпольную группу и имел несколько
  явочных квартир.
   С некоторых пор в Ровно возвратился и Николай Струтинский. В Луцке,
  куда мы его направляли, он создал несколько разведывательных групп,
  наладил работу. Николай Струтинский предусмотрительно запасся там
  документом, удостоверяющим, что он является корреспондентом луцкой
  газеты "Украинский голос", издававшейся немцами.
   Под свое наблюдение Николай взял ровенское гестапо и
  гебитскомиссариат. Он обзавелся помощниками из служащих этих
  учреждений. Вместе с ним работал и брат Жорж, который проживал в Ровно
  под именем Грегора Василевича.
   Так, шаг за шагом, мы опутывали своей разведывательной сетью
  гитлеровские учреждения в Ровно.
   Все наши разведчики почти безвыездно проживали в Ровно. В целях
  большей конспирации они действовали порознь. Каждый имел своего
  связного, через которого отправлял на "маяк" и в лагерь добытые
  сведения: Кузнецов - через Колю Маленького, Гнедюк - через связных
  здолбуновской группы, Шевчук - через Мажуру, Струтинский - через Жоржа
  и Ядзю.
   Разобщенность разведчиков диктовалась условиями конспирации, но
  время от времени наши люди связывались между собой, когда кому-нибудь
  требовалась помощь или нужно было согласовать действия.
   Часто наши разведчики не знали, кто из отряда находится в Ровно.
  "Новички"