передать вам
  приглашение прибыть к нам в Князь-Село на праздник, - сказал Петр
  Петрович Вершигора.
   На рассвете 23 февраля я в сопровождении Пашуна и небольшой группы
  партизан выехал в Князь-Село.
   Много раз за время партизанской жизни мне приходилось встречаться
  во вражеском тылу с партизанскими отрядами, разведчиками, с отдельными
  партизанами, и всегда эти встречи как-то особенно волновали. "Мы не
  одни здесь. Нас много. Мы везде", - думалось мне. Но встреча с
  Ковпаком и его людьми запала мне в душу на всю жизнь.
   Когда мы проезжали через села Ленчин и Рудню-Ленчинскую, где
  расположились подразделения Ковпака, я забыл, что нахожусь во
  вражеском тылу. По улицам ходили бойцы, вооруженные автоматами и
  ручными пулеметами. На шапках ярко горели красные ленты и
  красноармейские звезды. Многие ковпаковцы были награждены, и новенькие
  ордена и медали поблескивали на их гимнастерках. Кое-где у хат стояли
  станковые пулеметы и даже орудия. Партизаны распевали песни и лихо
  здоровались.
   Ковпак в моем представлении был человеком огромного роста, с
  громовым голосом. Каково же было мое изумление, когда я увидел перед
  собой худенького человека лет шестидесяти, с тихим голосом. На его
  груди сверкали Золотая Звезда и орден Ленина.
   - Здравствуйте, товарищ Медведев! - сказал Сидор Артемович. -
  Многое я слышал о вас и в Брянских лесах,