.
   На эту машину за шофера сел Струтинский, одетый в форму немецкого
  солдата, и седоком - Кузнецов, все тот же лейтенант Пауль Зиберт.
   Даргель жил в особняке на одной из главных улиц, которую гитлеровцы
  назвали Шлоссштрассе.
   На этой улице жили только высшие немецкие чиновники. Там не
  разрешалось ходить украинцам и полякам. Только немцы могли здесь
  появляться.
   В полной готовности Кузнецов и Струтинский поехали на машине по
  маршруту, где ходил Даргель. Время было выбрано такое, когда Даргель
  должен был идти из рейхскомиссариата в свой особняк. Успех решала
  минута.
   Стоять на улице с машиной и ждать было рискованно. У особняка
  Даргеля постоянно дежурил один фельджандарм; на улице Шлоссштрассе их
  было несколько. Кроме того, за две минуты до выхода Даргеля из
  рейхскомиссариата появлялись жандарм в чине фельдфебеля и агент
  гестапо в штатском. Они шли впереди Даргеля, просматривая, нет ли чего
  подозрительного.
   Кузнецов и Струтинский решили устроить дежурство в переулке, откуда
  был виден выход из рейхскомиссариата. Точно в 14 часов 30 минут из
  парадного хода рейхскомиссариата вышел генерал и с ним адъютант в чине
  майора, с красным портфелем под мышкой.
   - Они, - сказал Кузнецов. - Коля, газ!
   Машина быстро догнала обоих гитлеровцев. Кузнецов вышел из машины с
  револьвером в руке, подошел сзади к Даргелю и его адъютанту. Те,
  заслышав