шавшее их наше партизанское
  "Ура, ура, вперед!"
   Через полчаса принесли первого раненого. Это был испанец Флорежакс.
  Доктор Цессарский и Маруся Шаталова уже подготовили санитарную
  палатку. У Флорежакса было тяжелое ранение разрывной пулей. Цессарский
  приступил к операции.
   Вскоре привели пленных: двух немцев и трех предателей-полицейских,
  одетых в немецкую форму. Их мы допросили в первую очередь, потому что
  Цессарский, знавший немецкий язык, был занят на операции.
   Пленные показали, что они действительно шли на наш отряд и их
  головная колонна в составе ста шестидесяти человек с двух сторон
  напала на лагерь. Уже в ходе боя немецкий командир сообщил по радио в
  Хабное, чтобы немедленно высылали подкрепление.
   Шумы боя утихали, и стрельба удалялась. Было ясно, что наши
  отгоняют фашистов.
   Цессарский продолжал операцию, не обращая ни малейшего внимания на
  стрельбу. Вслед за Флорежаксом появились еще двое раненых.
   Умелыми, уверенными руками Цессарский очищал раны, накладывал
  повязки и спокойно приговаривал:
   - Не волнуйтесь, все будет в порядке. Ничего опасного нет.
   С места боя пришел залитый кровью Костя Пастаногов. Рука у него
  была неестественно вывернута. Ослабевшим голосом он сказал:
   - Всыпали гадам! - и тут же повалился на землю.
   Цессарский подхватил его, положил на разостланную плащ-палатку и
  занялся рукой. Кости были перебиты, кожа