чь, с вечера до утра, шла
  беспрерывная стрельба. Расстреливали без разбору. Крытые грузовики всю
  ночь возили за город горы трупов.
   Был арестован и Казимир Домбровский.
   - Видимо, кое-что стало о нас известно гестаповцам, - сказал мне
  Александр Александрович Лукин, докладывая об этом аресте.
   Это предположение скоро подтвердилось.
   Терентий Федорович Новак сидел однажды в своем директорском
  кабинете на войлочной фабрике. В столе лежало несколько
  противотанковых гранат. В кармане - револьвер. Неожиданно к нему в
  кабинет вошли трое гестаповцев.
   - Где можно видеть директора фабрики? - на ломаном русском языке
  обратился к Новаку один из них.
   - Вам Новака?
   - Да, да! Где он?
   - Он сейчас на втором этаже. Пойдемте, я покажу.
   - Нет, сидите здесь. Мы сами найдем. - И они поспешно пошли
  наверх.
   Терентий Федорович сложил в портфель свои гранаты и, держа в
  кармане револьвер на боевом взводе, поспешно вышел из кабинета. Он
  направился было к себе на квартиру, но около дома увидел двух
  молодчиков, одетых в штатское платье.
   Через день гестаповцы арестовали отца Новака. Жену Новака и ребенка
  мы еще за месяц до того предусмотрительно привезли в отряд, а затем
  передали на попечительство Алексея Федоровича Федорова.
   Смертельной опасности подвергся Коля Струтинский. Всегда
  бдительный, тщательно соблюдавший требования