хода наметили участок между двумя переездами, где были
  неглубокие кюветы.
   Мы выдвинули две крупные боевые группы - налево и направо от
  намеченного места перехода. Каждую группу предупредили, что если будет
  идти бронепоезд, они должны взорвать его и биться до тех пор, пока мы
  не сообщим, что колонна прошла.
   Отряд двигался через дорогу часа полтора, а может и больше. Никто
  нам не помешал, прошли без единого выстрела.
   19 января мы перешли железную дорогу, а с 20-го у нас начались бои.
  Нам предстоял двухсоткилометровый путь; на каждом шагу нас
  подстерегали крупные засады.
   Ночью мы непрерывно двигались и, натыкаясь на засады, вели бои, а
  днем располагались на отдых, и тут вновь происходили стычки. Мы завели
  такой порядок: одно подразделение ведет бой, а другое готовит обед и
  отдыхает. Владимир Степанович Струтинский и здесь, в походе, был
  незаменим. Несмотря на постоянную опасность, он, как заместитель
  командира хозяйственной роты, все время обеспечивал питанием бойцов и
  заботился о раненых.
   Почти все деревни занимали с боем. Я отдал такой приказ: если у
  хутора или деревни будут замечены вражеские часовые или вооруженные
  группы, то, прежде чем входить, обстреливать деревню из пушек и
  минометов. Это помогало. Давали десятка полтора выстрелов, и
  кавалерийский полуэскадрон шел на "ура". После этого отряд вступал уже
  в очищенную