се время было убито сто
  десять и ранено двести тридцать человек. В своем районе мы
  организовали советских людей на активное сопротивление гитлеровцам,
  взрывали эшелоны, мосты, громили фашистские хозяйства, предприятия,
  склады, разбивали и портили автотранспорт врага, убивали главарей
  оккупантов.
   По нескольку раз в день я вспоминал Николая Ивановича Кузнецова.
  Где он теперь? Что делает? Встретился ли с Валей?
   И вот однажды я получил о нем весточку.
   Я лежал с наушниками и слушал последние известия по-радио. Без
  десяти минут двенадцать вдруг слышу:
   "Стокгольм. По сообщению газеты "Афтенбладет", на улице Львова
  среди бела дня неизвестным человеком, одетым в немецкую форму, были
  убиты вице-губернатор Галиции доктор Бауэр и высокопоставленный
  чиновник Шнайдер. Убийца не задержан".
   Я подскочил в постели, хотел подняться, но боль пронизала меня. Я
  протянул руку и нажал кнопку звонка.
   Все это было излишне: никого не надо звать.
   Вошла сестра.
   - Пожалуйста, дайте мне пирамидон, - сказал я.
   - Сейчас принесу.
   Кому я здесь буду рассказывать!
   Итак, Кузнецов "не задержан". Да, это, конечно, сделал он, об этом
  мы говорили с ним в машине, которую тянула пара лошадей. Но только
  через полгода я узнал подробности пребывания Николая Ивановича во
  Львове.
   Отыскались разведчики Крутиков, Дроздов и Пастухов, посланные
  когда-то