ветник связи Райс, приехавший из Берлина.
   - Очень, очень приятно! - сказал офицер. - Ваша машина пострадала,
  прошу пересесть на повозку.
   - Объясните, в чем дело? - возмутился граф. - Я ничего не понимаю!
   Гаан собирался еще что-то выяснить, но офицер кивнул своим людям.
  Те схватили гитлеровцев, связали им руки и уложили на фурманки.
   На первом же повороте фурманки свернули в сторону от шоссе и через
  короткое время очутились на нашем партизанском "маяке". Здесь немецкий
  офицер переоделся в комбинезон и стал тем, кем был на самом деле, -
  партизаном Николаем Ивановичем Кузнецовым.
   Это был тот самый Кузнецов, который спустился к нам на парашюте у
  хутора Злуй и которого тогда я очень ждал.
   Николай Иванович был родом с Урала. Недюжинный ум и волю выражало
  его серьезное, строгое лицо и в особенности серые стальные глаза.
   Высокого роста, стройный, смелый и сильный, он вскоре стал у нас в
  отряде самым замечательным партизаном-разведчиком.
   Кузнецов свободно владел немецким языком. Он научился говорить
  по-немецки еще мальчишкой. По соседству с деревней, где он рос, жили
  немецкие колонисты. Общаясь с ними, Кузнецов не только изучил язык,
  но и узнал быт и характерные черты немцев. Позже, в школе и в
  институте, он продолжал заниматься немецким языком. По своей
  гражданской профессии Николай Иванович был инженер.
   Кузнецов, как выяснилось в отряде, был