была с четырьмя
  младшими детьми Марфа Ильинична Струтинская. Палачи били ее ногами,
  прикладами, били на ее глазах детей, требуя сказать, где муж и
  сыновья. Но она ничего не сказала. Тогда ей скрутили руки: "Повесим,
  если не скажешь!"
   Но не повесили. Решили оставить, чтобы выследить сыновей.
   Ночью Владимир Степанович пробрался к своей хате и тихонько
  постучал в окошко. Марфа Ильинична открыла дверь: она уже ждала этого
  стука. Младший сынишка, Володя, успел обо всем сообщить отцу.
   - Слушай, мать, - сказал Владимир Степанович. - Зараз собирайся,
  бери меньших хлопцев, бери дочку и пойдем. Я провожу тебя на хутор к
  верному человеку. Володю возьму с собой.
   Володе было шестнадцать лет.
   Марфа Ильинична наскоро собрала самые необходимые вещи, разбудила
  детишек, и вся семья вышла из хаты.
   Под покровом короткой летней ночи Струтинские, никем не замеченные,
  покинули свой родной угол. Через день немцы сожгли их хату, а
  оставшийся скарб разграбили.
   Для нас появление в отряде семьи Струтинских было большой находкой.
  Они хорошо знали свой край, имели во многих деревнях и городах
  родственников и знакомых, и главное - им был отлично знаком город
  Ровно, который нас особенно интересовал.
   Николай Струтинский недаром был командиром своего маленького
  отряда. В нем счастливо сочетались отвага, смелость и хладнокровие. В
  первые же дни партизаны