шалаш. Запыхавшись от бега и волнения, сверкая лукавыми голубыми
  глазами, она быстро застрочила:
   - Товарищ командир, раненые недовольны питанием. И хоть они при
  штабе питаются - все равно. Там очень невкусно готовят, и всегда одно
  и то же. А у них разные болезни, им чего-нибудь особенного хочется.
  Вот... для них надо отдельную кухню.
   - Отдельную кухню? - улыбаясь, говорю я. - А где же достать
  "особенного" повара? Кто будет им готовить?
   - Хотя бы я. А что ж!
   - Ну хорошо!
   Мы. выделили кухню для санчасти, и Катю назначили главным поваром.
  Дали ей двух помощников; это были солидные, бородатые партизаны. Ну,
  разве девчонка могла командовать такими дядями! Поэтому она все делала
  сама. Бывало тянет огромную ногу кабана, тут же рубит ее топором,
  варит и успевает к больному подойти. И наши раненые с аппетитом
  уплетали украинские борщи, свиные отбивные, вареники, похваливая Катю
  Струтинскую.
  
  
  КОЛЯ МАЛЕНЬКИЙ
  
   Наш боец Казаков отбился от своей группы, которая ходила на
  разведку к станции Клесово. По неопытности и неумению ориентироваться
  он целые сутки бродил по лесу, не находя дороги к лагерю. Куда ни
  пойдет, через час-два приходит на старое место.
   Ночь он провел в лесу один, даже костер не мог разложить. Плутал и
  весь следующий день. Под вечер услышал мычание коров. Осторожно,
  избегая наступать на валежник, чтобы не производить