ню, он взял на обед рамэн. Как и все сидящие рядом, он быстро и ловко
  отправлял палочками в рот лапшу, кусочки мяса и крабов, а затем, взяв чашку
  обеими руками, выпил соус. После обеда, в отличие от прочих посетителей,
  которые, наскоро поев, расплачивались и уходили, Эноеда извлек из кармана
  блокнот и окинул его горделивым взглядом. Если и дальше так пойдет, то
  вскоре все почасовые графы окажутся заполнены. Знать бы, что эти данные
  действительно необходимы, он бы вручил их не этому лощеному субчику Куяме, а
  самому Шефу. Он отогнал от себя эту недостойную мысль еще быстрее, чем
  только что заталкивал, в рот еду.
   Дэмура поймал себя на том, что берется за телефон привычным движением
  человека, который только таким способом и проводит расследование. Он набрал
  номер Фукиды, и, когда в течение минуты никто не снял трубку на другом конце
  провода, им овладело неприятное чувство, будто удача покинула его. Однако
  ему не хотелось так легко сдаваться. Он позвонил вдове Адзато, и
  воспоминание о красивом лице Линды, ее пухлых, чувственных губах всколыхнуло
  в нем приятные мысли. Но в голосе женщины звучали не волнующие, чувственные
  нотки; а искренняя тревога и даже страх.
   -- Ах, это вы?.. Какое счастье, что вы позвонили! Ради бога, помогите,
  сделайте что-нибудь!
   -- Что случилось? Пожалуйста, объясните толком!
   Женщина говорила отрывисто, быстро и с таким умопомрачительным
  акцентом, что оставалось удивляться, как Дэмура вообще хоть что-то понял.
   -- Джек был